Неточные совпадения
Поверенный распорядился и насчет
постройки дома: определив, вместе с губернским архитектором, количество нужных материалов, он оставил старосте приказ с открытием весны возить лес и велел построить сарай для кирпича, так что Обломову оставалось только приехать весной и, благословясь, начать стройку при себе. К тому
времени предполагалось собрать оброк и, кроме того, было в виду заложить деревню, следовательно, расходы было из чего покрыть.
Дом американского консула Каннингама, который в то же
время и представитель здесь знаменитого американского торгового дома Россель и Ко, один из лучших в Шанхае.
Постройка такого дома обходится ‹в› 50 тысяч долларов. Кругом его парк, или, вернее, двор с деревьями. Широкая веранда опирается на красивую колоннаду. Летом, должно быть, прохладно: солнце не ударяет в стекла, защищаемые посредством жалюзи. В подъезде, под навесом балкона, стояла большая пушка, направленная на улицу.
Там, где до 1918 года было здание гостиницы «Националь», в конце прошлого века стоял дом
постройки допетровских
времен, принадлежавший Фирсанову, и в нижнем этаже его был излюбленный палаточными торговцами Охотного ряда трактир «Балаклава» Егора Круглова.
А в это
время Петр I как раз поручил своему любимцу Троекурову наблюдать за
постройкой Сухаревой башни.
В самом углу залива находится русское селение, называвшееся ранее постом Ольги. Первой
постройкой, которая появилась здесь в 1854 году, была матросская казарма. В 1878 году сюда приехали лесничий и фельдшер, а до того
времени местный пристав исполнял их обязанности: он был и учителем, и врачом, чинил суд и расправу.
Он воспользовался известностью, приобретенною историей калифорнской лотереи, и тотчас предложил свои услуги обществу акционеров, составлявшемуся около того
времени в Турине для
постройки железных дорог; видя столь надежного человека, общество поспешило принять его услуги.
Это было самое тихое и созерцательное
время за всю мою жизнь, именно этим летом во мне сложилось и окрепло чувство уверенности в своих силах. Я одичал, стал нелюдим; слышал крики детей Овсянникова, но меня не тянуло к ним, а когда являлись братья, это нимало не радовало меня, только возбуждало тревогу, как бы они не разрушили мои
постройки в саду — мое первое самостоятельное дело.
Привалов действительно в это
время успел познакомиться с прасолом Нагибиным, которого ему рекомендовал Василий Назарыч. С ним Привалов по первопутку исколесил почти все Зауралье, пока не остановился на деревне Гарчиках, где заарендовал место под мельницу, и сейчас же приступил к ее
постройке, то есть сначала принялся за подготовку необходимых материалов, наем рабочих и т. д.
Время незаметно катилось в этой суете, точно Привалов хотел себя вознаградить самой усиленной работой за полгода бездействия.
Вся тягость работы не в самой
постройке, а в том, что каждое бревно, идущее в дело, каторжный должен притащить из леса, а рубка в настоящее
время производится за 8 верст от поста.
Рыли туннель, заведующие работами катались по рельсам в вагоне с надписью «Александровск-Пристань», а каторжные в это
время жили в грязных, сырых юртах, потому что для
постройки казарм не хватало людей.
Один из них, по фамилии Беспалов, строит на своем участке большой двухэтажный дом с балконом, похожий на дачу, и все смотрят на
постройку с недоумением и не понимают, зачем это; то, что богатый человек, имеющий взрослых сыновей, быть может, останется навсегда в Рыковском в то
время, как отлично мог бы устроиться где-нибудь на Зее, производит впечатление странного каприза, чудачества.
Соседние мужики сначала хоть и не решались поднять руки на часовни и кельи, через несколько
времени воспользовались-таки дешевым лесом для своих
построек: за бесценок скупили скитские строения.
В Казани, за Булаком, несмотря на частые пожары, и до сих пор чуть ли не цел небольшой каменный дом старинной
постройки, где родилась Марья Гавриловна. Во
время о́но принадлежал тот дом купцу третьей гильдии Гавриле Маркелычу Залетову.
Князь непременно ожидал, что дворяне предложат ему жалованье тысяч в десять, однако дворяне на это промолчали: в то
время не так были тороваты на всякого рода пожертвования, как ныне, и до князя даже долетали фразы вроде такой: «Будь доволен тем, что и отчета с тебя по
постройке дома не взяли!» После этого, разумеется, ему оставалось одно: отказаться вовсе от баллотировки, что он и сделал, а ныне прибыл в Москву для совершения, по его словам, каких-то будто бы денежных операций.
За это
время Петр Валерианович Хвостов получил для соображения все письменные и словесные наставления и усердно принялся за их всестороннее изучение. Так как порученная ему
постройка находилась, как мы уже знаем, близехонько от Грузина, то он догадывался о цели такого распоряжения и приготовился к борьбе со всякою случайностью, приготовился быть всегда начеку и настороже под зорким глазом самого графа Аракчеева.
Последнее действительно представляло даже и в это
время целый городок и городок далеко не русский, так как последние отличаются и теперь, а не только тогда, неряшливостью и беспорядочностью
постройки; здесь же царила симметрия, без которой граф Аракчеев не представлял себе даже понятия о красоте.
В вашем доме этот господин губернатор… когда вы разговаривали с ним о разных ваших упущениях при
постройке дома, он как бы больше шутил с вами, находя все это, вероятно, вздором, пустяками, — и в то же
время меня, человека неповинного ни в чем и только исполнившего честно свой долг, предает суду; с таким бесстыдством поступать в общественной деятельности можно только в азиатских государствах!
Эта большая Белая зала, хотя и ветхой уже
постройки, была в самом деле великолепна: огромных размеров, в два света, с расписанным по-старинному и отделанным под золото потолком, с хорами, с зеркальными простенками, с красною по белому драпировкою, с мраморными статуями (какими ни на есть, но всё же статуями), с старинною, тяжелою, наполеоновского
времени мебелью, белою с золотом и обитою красным бархатом.
Настоящего севооборота он, конечно, не дождется раньше трех лет, но зато к тому
времени у него все будет готово, все начеку: и
постройки, и стадо, и усовершенствованные орудия — словом сказать, весь живой и мертвый сельскохозяйственный инвентарь.
До того
времени все эти
постройки никогда не страховались, страховался из имущества господина Савина в селе Серединском только один трактир, но страховка его производилась в другом месте, а именно, у агента „Санкт-Петербургского и Русского страховых обществ“ Соколова, живущего в городе Боровке.
Известно, что битая посуда два века живет, и
постройки, воздвигаемые на
время, в ожидании капитальных сооружений, пользуются особенной долговечностью.
Дом был старинный, прочной
постройки, но, видимо, заботливый ремонт не допускал на него печати
времени, каковая печать, вместе с печатью судебного пристава лежала в описываемое нами
время на большинстве помещичьих усадеб.
— Вы говорите как дитя. Мне жаль вас; я не желаю, чтобы это случилось с вами. Лара! Ты когда-то хотела ехать ко мне в деревню: я живу очень тесно и, зная твою привычку к этому удобному домику, я не хотел лишать тебя необходимого комфорта; я не принял тогда твоей жертвы, но нынче я тебя прошу: поедем в деревню! Теперь лето; я себя устрою кое-как в чуланчике, а ты займешь комнату, а тем
временем кончится
постройка, и к зиме ты будешь помещена совсем удобно.
За все это
время на
постройку в Царском Селе употреблено 299 072 рубля 68 копеек.
Это было нечто вроде потайного хода, обычного в
постройках того
времени, не отличавшихся особой фантазией архитекторов, особенно в деревянных зданиях.
«Сумасшедший князь» — кличка эта оставалась за князем Луговым со
времени его отъезда, — действительно вел себя там, по мнению большинства, более чем странно. По приезде в Луговое, как сообщали добровольцы-корреспонденты, он повел совершенно замкнутую жизнь, один только раз был в Тамбове у архиерея, которому предъявил разрешение Святейшего Синода на
постройку двух церквей: одну в своем имении Луговом, а другую в имении Сергея Семеновича Зиновьева — Зиновьеве.
К замечательным
постройкам описываемого нами
времени, кроме упомянутых нами, должны относиться дома графов Строгановых на Невском, Воронцова на Садовой улице, теперь пажеский корпус, Орлова и Разумовского, ныне Воспитательный дом, Смольный монастырь и ставший гордостью императорского дома — Зимний дворец.
Самое Царское Село не переставало, в описываемое нами
время, украшаться новыми
постройками.
Император, кроме того, в это же
время был занят грандиозной
постройкой замка, которая и доныне служит памятником его царствования.
Выбравшись из главного корпуса, старик несколько
времени бродил среди других
построек.
Господский дом на Низах был построен еще в казенное
время, по общему типу
построек времен Аракчеева: с фронтоном, белыми колоннами, мезонином, галереей и подъездом во дворе. Кругом шли пристройки: кухня, людская, кучерская и т. д.
Построек было много, а еще больше неудобств, хотя главный управляющий Балчуговских золотых промыслов Станислав Раймундович Карачунский и жил старым холостяком. Рабочие перекрестили его в Степана Романыча. Он служил на промыслах уже лет двенадцать и давно был своим человеком.
Вспомним, что и такого человека, как Тиммерман, с трудом могли отыскать для Петра; вспомним, что первый учитель Петра, Зотов, избранный к нему из подьячих, вероятно, как лучший человек, едва мог научить его грамоте и не мог приучить к орфографии, какая тогда была принята; примем в соображение, что и Карштен Брант был выписан в Россию при Алексее Михайловиче для участия в
постройке корабля как для такого дела, к которому способных людей у нас в то
время не находилось.
Г-н Устрялов свидетельствует, что и в это
время Петр «еще не думал о
постройке фрегатов и линейных кораблей, вопреки рассказам позднейших историков.
По задуманному ею плану и по совещанию с известным архитектором того
времени графом Растрелли,
постройка дома должна была заключаться в следующем.
Первоначально царь Федор Иоаннович построил маленькую церковь и небольшие кельи. Эта церковь во имя святого Сергия существует и поныне на том месте, где стояла полотняная церковь во
время битвы. Монастырь увеличивался
постройками церквей и зданий и к описываемому нами
времени, благодаря вкладам царей и частных лиц, был одним из самых богатых.
Эта
постройка производилась в описываемое нами
время.
Князь Иван Андреевич был, конечно, немало огорчен внезапной переменой в предстоящей судьбе своей дочери, но, убежденный доводом Сигизмунда Нарцисовича, пришел к заключению, что в самом деле «нет худа без добра» и что «милосердный Бог в своих неисповедимых предначертаниях, конечно, лучше ведает, что нужно человеку на земле, нежели сам человек, не знающий при
постройке себе простого жилища, удастся ли ему положить второй камень его основания, так как смерть может настичь его в то
время, когда он кладет первый».
Из петровских
построек до сих пор уцелели во всей их неприкосновенности домик «Марли», или «Mon bijoux», как называли его в то
время. Домик этот построен по плану существующего в окрестностях Берлина. В Марли теперь хранятся вещи, принадлежавшие Петру, здесь его халат, подаренный персидским шахом, кровать с занавесками и одеялом, стол его работы с грифельной доской, бюро, небольшой ящик, где сохраняются собранные им часы, кружки с девятью вкладным стаканами, присланные царю китайским богдыханом.
Сама же
постройка Марли возобновлена императрицей Елизаветой Петровной. При ней же была сделана в Монплезир проходная каменная галерея, а в описываемое
время окончена графом Растрелли
постройка каменной кухни, где императрица сама занималась приготовлением кушаний для своего стола, изобретая часто совершенно новые.
К замечательным
постройкам елизаветинского
времени должно отнести дома: графов Строгановых на Невском, Воронцова на Садовой улице (теперь Пажеский корпус), Орлова и Разумовского (теперь воспитательный дом), Смольный монастырь и Аничковский дворец. Все эти
постройки тогда производились знаменитым итальянским зодчим графом Растрелли, выписанным из заграницы еще императором Петром I.
Сестра продолжала и закончила
постройку с тою же быстротою, с которой он вел ее, а когда дом был совершенно отстроен, первым пациентом вошел в пего ее брат. Семь лет провел он там —
время, вполне достаточное для того, чтобы превратиться в идиота; у него развилась меланхолия, а сестра его за это
время постарела, лишилась надежд быть матерью, и когда, наконец, увидала, что враг ее убит и не воскреснет, — взяла его на свое попечение.
При страсти отца к
постройкам, вся Новосельская усадьба, за исключением мастерской и кузницы, передвинулась выше в гору и ближе к дому. Во
время же, о котором я говорю, около кухни под лесом возникла липовая баня, крытая тесом, расписанная зелеными и темно-красными полосками. Так как, по случаю перестройки дома, матери с меньшими детьми пришлось перебираться во флигель, занимаемый отцом и моею классного, нам с отцом были поставлены кровати в самой бане, а Андрею Карповичу в предбаннике.
В конце царствования императрицы Елисаветы Петровны предположена была к возведению какая-то казенная
постройка близ города Подольска — и инженер Тютчев отправился на житье в этот город, где он долгое
время находился без всякого дела, ожидая распоряжений из Петербурга.
Старик шибко крепковат был на деньги, завязывал их, как говорится, в семь узлов; недаром, как видели мы в свое
время, откладывал он день ото дня, девять лет кряду,
постройку новой избы, несмотря на просьбы жены и собственное убеждение, что старая изба того и смотри повалится всем на голову; недаром считал он каждый грош, клал двойчатки в кошель, соблюдал строжайший порядок в доме, не любил бражничества и на семидесятом году неутомимо работал от зари до зари, чтобы только не нанимать лишнего батрака.
Как-то вечером я тихо шел садом, возвращаясь с
постройки. Уже начинало темнеть. Не замечая меня, не слыша моих шагов, сестра ходила около старой, широкой яблони, совершенно бесшумно, точно привидение. Она была в черном и ходила быстро, все по одной линии, взад и вперед, глядя в землю. Упало с дерева яблоко, она вздрогнула от шума, остановилась и прижала руки к вискам. В это самое
время я подошел к ней.
Во
время сенокоса у меня с непривычки болело все тело; сидя вечером на террасе со своими и разговаривая, я вдруг засыпал, и надо мною громко смеялись. Меня будили и усаживали за стол ужинать, меня одолевала дремота, и я, как в забытьи, видел огни, лица, тарелки, слышал голоса и не понимал их. А вставши рано утром, тотчас же брался за косу или уходил на
постройку и работал весь день.
Нынче на них смотрят с тем же равнодушием, с каким смотрят на догорающий дом, около которого обломаны все
постройки и огонь ничему по соседству сообщиться не может; но было другое, старое
время, года три-четыре назад, когда и у нас в Петербурге и даже частью в просторной Москве на Неглинной без этих людей, как говорят, и вода не святилась.
Среди этих великанов природы незатейливые городские
постройки и даже изредка попадающиеся каменные двух и трехэтажные дома кажутся лачугами и совершенно ускользают от внимания въезжающего путешественника, любующегося синевою окружающих гор, чарующих глаз разнообразием тонов и оттенков, смотря по
времени наблюдения.
Я с Евсеичем не сходил с пруда и нигде уже больше не удил; даже отец мой, удивший очень редко за недосугом, мог теперь удить с утра до вечера, потому, что большую часть дня должен был проводить на мельнице, наблюдая над разными работами: он имел полную возможность удить, не выпуская из глаз всех
построек и осматривая их от
времени до
времени.
Из дворцовых
построек этого
времени известны следующие: в 1500 году, около Сретенского собора царь «повелел делать двор особый детям своим».